Так отозвался неведомый мне анонимный читатель-комментатор блогов на прошлогоднюю редакцию моей публикации семилетней давности, посвященной «Помаранчевой революции».
Речь шла в моем эмоциональном и далеко не идеальном, конечно же, тексте о том, что главная движущая сила, заставившая многое множество людей выйти на майданы против аморальности власти – не деньги, не поиск приключений, не поиск будущей карьеры. Что же тогда?
Семь лет назад, в ноябре 2004 года, люди вышли на улицы с массовым протестом, по моему скромному мнению, будучи движимы, в первую очередь, чувством нравственного протеста.
Нравственное, а не социальное или политическое измерение стало тогда решающим, я считаю.
Ведь именно оно – то самое нравственное измерение – из тогдашней повседневной политики было нагло изъято тогдашними политиками.
И уже люди вместо политиков решали: где добро, где зло.
Зашкаливавший кретинизм политиков + даже не феодальное, а, по сути, рабовладельческое отношение к «населению» = подвигли людей хоть на майданную минуту осознать себя более чем населением → «народом».
В конечном итоге, оказался «народ» всего лишь – «населением». А иначе как объяснить всё, воспоследовавшее за событиями осени-2004?
«У меня и еще нескольких друзей «Оранжевая революция» началась вечером 21 ноября, в день покровителя Киева Архангела Михаила. В день голосования во втором туре». Мне посчастливилось быть именно в тот вечер вместе с автором этих слов, набранных для Фейсбука Антоном Подлуцким.
21 ноября в православном церковном календаре – день архистратига Михаила и прочих Небесных Сил бесплотных. Еще Андрей Окара обращал на это совпадение внимание. «А вдруг Майдан — это рождение чего-то более масштабного, чем просто украинского гражданского общества? Вдруг это онтологическая революция, а не только политический переворот?», – вопрошал он, надеясь, что «Революция — это и есть тот самый «философский камень», делающий возможным катарсис, чудесное преображение целого народа».
Я не согласен с Андреем, но согласен с Антоном: «Кто не прочувствовал тот вечер — может писать о Майдане все, что угодно. Но тот вечер был ключевым и решающим». Да!
Мне не стыдно согласиться с тем, что я тогда был романтиком.
Я не возьму на себя смелость восхвалять, стыдить или осуждать тех, кто «вне» или «у» «кормила» не оправдал неких надежд.
Но я каждому читателю, так или иначе причастному к событиям «Оранжевой революции» (равно как и самому себе), адресую мудрость древних христиан-подвижников: «Бог спасает нас не без нас».
Отсутствие синергии – отсутствие результата. Если нам наплевать на то, что происходит внутри нас и вокруг нас; если мы – общество конченых пофигистов, пассивно ждущих «манны небесной», перстом не двигающих ради общего дела и общего блага – никакой «мессия», никакой механизм, никакая «власть» не избавит нас от суровой правды жизни из пословицы: «По горшку – и крышка».
Не смотря на все очарования и разочарования: Украина будущего – не консервная банка! Очередной закон про выборы – не рецепт маринования капусты. Граждане – не овощи?
Рабовладельческое государство в 21 веке – это «когда подавляющая масса народа искусственно ставится в условия, не соответствующие уровню жизни соседних государств, в результате чего люди становятся ограниченными в доступе к информации и, вследствие этого, осознанно избирают во власть своих рабовладельцев <…> Идейные основы объединения свободных людей очевидны для каждого, кто понимает, что такое свобода. Те, кто этого не понимают, возможно, этого уже никогда и не поймут» (Святослав Олейник).
Эмиграция? В конечном счете, это не вопрос к политикам. Это вопрос к народу.
«Свобода — она как ребенок: зачать можно только в любви, родить – недостаточно, необходимо ухаживать, присматривать, воспитывать, растить. Украинцы оставили свою свободу на холодной площади – авось сама вырастет. Украинцы доверили свою свободу проходимцам – авось не продадут на органы. Украинцы отнеслись к своей свободе как к чужому ребенку, как к сироте-попрошайке – потому и живут в рабстве и нищете». Виталий Портников зрит, как и чаще всего, в корень.
«Надо бороться не с людьми, а с проблемами». Учит неведомый мне анонимный читатель-комментатор блогов. Я с ним согласен.
Статус-картинка homo politicus: «Человек стал политическим зверем, или животным высшего качества; мир превращается в муравейник. Но настоящий муравейник строится очень талантливо, в общем; мы строим наш муравейник гораздо менее талантливо» (Митрополит Антоний Сурожский).
Чего же добился тогда Майдан?
А чего вообще Майдан хотел добиться?
На самом деле, НИЧЕГО НЕ ДОБИЛСЯ.
На самом деле, НИЧЕГО НЕ ИЗМЕНИЛОСЬ.
На самом деле, НИЧЕГО ЕЩЕ НЕ ПОТЕРЯНО!
С одной существенной оговоркой.
Сегодня люди делятся по разным признакам ― по имущественному, национальному, партийному; но есть нечто, что должно объединять людей поверх всех этих признаков – именно то, чего мы так и не обрели, уходя с майданов.
И это – не крах иллюзий.