О Брежневе, классический музыке и «ватном» прошлом

В последние дни я слушаю в основном классическую музыку: Эрик Сати (Erik Satie). Вим Мертенс (Wim Mertens), Людовико Эйнауди (Ludovico Einaudi), Макс Рихтер (Max Richter)…   Думаю, это неслучайно. Душа и разум требуют стабильности — стабильного светлого настоящего (о будущем говорить воздержусь). Все во мне требует стабильной классики. Ибо нынешняя реальность, кроме разочарования и глубокой иронии, у меня больше ничего не вызывает. Поневоле станешь мизантропом, снобом и нонконформистом… При этом оставаясь в душе «ватником», как сейчас любят выражаться последователи нынешнего курса (курса чего и куда, сказать не могу).

Недавно я «открыл» для себя, что я — «ватник» с «ватным» прошлым. Моль многих лет, конечно, изрядно постаралась, выедая мою память и привычный уклад… «Крестный отец» этого прошлого — Леонид Ильич Брежнев. Раньше это имя вызывало у меня улыбку. Снисходительную. Да что там — мы почти в открытую смеялись над ним, будучи молодыми! Помешанный на чинах, наградах, автомобилях, мемуарах и поцелуях. Скоморох!.. А вот время прошло, и выяснилось, что он оказался умнее всех нас. Может быть, даже добрее. А терпеливее — точно.

Да, конечно, проблем в стране было валом. Неразберихи, бардака, воровства… Но при всем при этом были достижения и победы в экономике, науке, космосе, культуре, образовании, спорте… При всех недостатках была страна. Спокойная и стабильная. Еще раз — спокойная и стабильная.

Если кому-то недостаточно этих двух ключевых слов, то он мазохист.

Продолжает звучать фортепьянная музыка. Я слушаю Людовико Эйнауди. Возвышенная и одновременно тревожная музыка. Как ожидание, в котором живет большинство из нас.

Сегодня, 19 декабря, у Брежнева день рождения. Вечером выпью за Леонида Ильича.