Дети Артека 2

(рассказ) Их привезли в Артек на рассвете, а ровно через месяц, на рассвете, увезли. Они стояли, прижавшись тесно друг к дружке, и смотрели настороженно, исподлобья на окружающих. Облачены новенькие были в лохмотья, но переодеваться в пионерскую одежду категорически отказались, будто старое тряпье было им дороже всего на свете. В отведенной для них спальне дети забились в угол и не желали идти в душ, столовую и на прогулку. Привели молоденькую переводчицу Лейлу. Она спросила детей, чем бы они хотели заняться — рисованием, пением, танцами, спортом или туризмом. Дети смотрели упорно в сторону и молчали. Только один, самый старший, вихрастый, сверкнув враждебно глазами, ответил: — Мы хотим домой. Лейла знала, что дома у детей нет. Но промолчала. — Нас ждут родители, — добавил вихрастый. Но Лейле было также известно, что и родителей у детей нет. И дети это знали. Но упорно настаивали на своем — хотим домой. Упрямство малышей обескуражило и Лейлу, и других пионервожатых. Решили на общем совете подождать денёк-другой — пусть дети адаптируются. Они, бедняжки, пережили шок — в их страну, в их города и селения пришла война. И нужно время, чтобы заглушить боль утраты и дома, и семьи — всего, что было им дорого. Как поступать с маленькими дикарями — непонятно. Неизвестно, кому пришла в голову блестящая, мудрая идея привезти из Афганистана в Артек детей, родители которых были убиты советской армией, потому что на их лицах читалось нечто такое, что у всего персонала шел мороз по коже. На следующее утро Лейла уговорила маленьких дикарей пройти в столовую. Поваров попросили приготовить что-нибудь восточное. Увидев румяные, ароматные лепешки, дети замерли. По кивку вихрастого, приступили к завтраку, осторожно надкусывая свою порцию. Лейла обрадовалась — лёд тронулся. — Вкусно? — спросила она. Дети упорно молчали, медленно поглощая лепешки. — Моя бабушка пекла вкусней, — холодно ответил вихрастый. — Сразу видно, что готовил не наш! — добавил презрительно. После посещения маленькими горцами столовой, на кухне исчез нож для резки мяса. Персонал всполошился — ясно, кто похитил, но вот, спрашивается: с какой целью? Предположили самое худшее: ночью маленькие «духи» устроят в лагере резню — месть советским гражданам за убитых родных. Стали обыскивать вещи детей, искать их самих — малыши как сквозь землю провалились. Подняли по тревоге охрану, хотели было вызывать подмогу с поисковиками и овчарками из военной части. Только дети вскоре нашлись. Они расположились у моря среди скал, и вихрастый ножом царапал на песчанике очертания гор, стада овец, каменные жилища, людей в халатах и тюрбанах. Охрана пыталась отвести детей на территорию лагеря, но те не хотели уходить и кричали: — Папа! Мама! Малыши будто обезумели. Рисунки на скале казались им родней и ближе, чем окружающие красочные ландшафты и морские пейзажи. Приняли решение раздать детям мелки и отвести в горные пещеры, чтобы они могли рисовать картинки, которые запечатлелись в их памяти навсегда — горы, дом, родных. Через месяц, на рассвете, детей увезли из лагеря. Что с ними стало дальше — неизвестно. Забыли ли они свою семью и страну, прижились ли на новом месте? Или тоскуют по-прежнему. по своей земле? Никто этого не знает и никого это не интересует. Только Лейла и годы спустя не может забыть маленьких гордецов. Лейла надеется, что однажды судьба сведёт ее с «духом». И она подарит ему тот самый столовский нож — из Артека.