Мудра на Чешке

Рассказ Встретились на праздник Крещения. Народ прорубил на заледеневшем озере Чеха в форме креста прорубь, на берегу сбрасывал зимние одежды и сигал с головой в воду. Кто-то при этом громко ухал от холода, кто-то визжал, кто-то мужественно терпел. Выбравшсь на заснеженный берег, люди показательно неспешно, бодро обтирались полотенцем и одевались в шубы и куртки. Здесь же, сбившись в компании, разогревались водкой и закуской: салом, колбасой, солеными огурцами, пирожками. Захар и Тоня, поеживаясь от холода, наблюдали за народным гулянием с берега. — Не желаешь оздоровиться? — спросила с иронией Тоня. — Не-а. Тем более, что я сильно простыл, — ответил, покашливая Захар — Так ведь священники утверждают, что сегодня вода священная — окунешься, мол, и исцелишься. — Ну, нет. Что-то я не видел ни одного священника, который бы лез нагишом в прорубь. Старые друзья решили прогуляться вокруг озера — солнце ярко и радостно сияло в январском чистом небе, однако разговаривать обоим мешал кашель и насморк — Конечно, в прорубь я тоже не полезу исцеляться с своим застарелым кашлем, — сказала Тоня, — а вот иной способ исцеления, думаю, мы можем попробовать. — Это какой же? — с подозрением покосился на приятельницу Захар. — Вчера прочитала о древней индийской практике — пальцевой йоге. Называется, как же, сейчас припомню. А! Мудра. — Ну, с меня ещё тот йог, — усмехнулся Захар, — да и с тебя тоже. — Это несложно, — заверила Тоня. — можем попробовать. — Ну, ну, — усмехнулся Захар — Мой насморк либо сам по себе обнажды пройдёт, либо после стакана-другого водки, и не иначе. — Нет, нет, никакой водки, — воспротивилась Тоня. — Йога подразумевает чистые помыслы — только тогда мудра срабатывает. — Верится с трудом, — скептически заметил Захар. — И что эти мудры предполагают: свернуться в позу лотос и сутки не дышать? — Да нет же, — с досадой вздохнула Тоня. — Вечно ты иронизируешь. Гораздо проще. Нужно сложить определённым способом пальцы и смотреть на восток. Ровно и глубоко дышать, думать об одном: кашель проходит, кашель проходит.И повторять так сорок минут. — Какая чушь, — процедил сквозь зубы Захар, потирая красный от мороза нос. — Хорошо, сорок минут это много, — согласилась Тоня — Для начала сделаем мудру пять минут — Глупость и чушь, — повторил Захар. — Представь себе, как это будет выглядеть со стороны: стоят посреди озера два старых дурака, смотрят на восток и бубнят: кашель проходит. Ведь засмеют! — И пусть, — настаивала Тоня и скомандовала. — Снимай перчатки. Захар неохотно снял перчатки, потер ладони. Тоня продолжала — Вытягивай руки в сторону востока, соединяй ладони и складывай пальцы в замок. Захар послушно вытянул руки и нескладно переплёт огромные пальцы. — Теперь большой палец правой руки поднимаем вверх, как антену. А вокруг него соединяем большой и указательный левой. Захар испуганно смотрел на странную конфигурацию собственных пальцев. Глупость страшная проделывать подобное, но с другой стороны можно даже гордиться собой — он, такой несаладный и неповоротливый в жизни, вдруг, приобщился к замысловатым тонкостям древней йоговской практики. — Все, — радостно сообщила Тоня, — У тебя хорошо получилось. Теперь держи руки и смотри на восток, дыши и повторяй: кашель проходит, я здоров В полной тишине друзья стояли на берегу озера, посреди снежных заносов, смотрели на восток и что-то бормотали. Мимо них проходили радостные и возбуждение «окрестившиеся» и исцелившиеся в проруби горожане, искоса поглядывая на странную чудаковатую пару с протянутыми руками. Но они не особенно удивлялись. Здесь, у озера, каких чудиков только не встретишь. Круглогодично тут собирались и ныряли в озеро группы «Ивановцев». Ходили спортивным шагом начинающие и опытные спортсмены. Местные жители дрессировали собак. Ветераны спорта играли в волейбол, футбол, теннис. На тренажёрах и турниках зависали и дети, и взрослые. В самодельные груши из старых автомобильных скатов били боксёры. Зимой катались на санках, лыжах, коньках. Летом купались и загорали Заядлые рыболовы ловили рыбу. Отмечали семейные праздники с неизменными шашлыками на мангале. По утрам вокруг озера накручивали круги тучные дамы — сбрасывали вес. На единственной в городе велодорожке катались на велосипедах. Молодые мамаши гуляли с пополнением в модных колясках. Здесь мыли ковры и машины. Волонтёры чистили за отдыхающими берега. Любовались закатами, рисовали и фотографировали пейзажи. В кустах по ночам занимались любовью. Горожане обожали Чешку. И брали от неё все полезное и приятное, порой, ничего в ответ не возвращая. И вот теперь двое старых друзей занялись здесь индийскими мудрами. Прошло пять минут. Тоне показалось, что прошло минут сорок. А Захару даже понравилось. Он забыл про время. — Уже все? Оказывается, йога это вполне доступное занятие даже для такого антиспортсмена, как я, — усмехнулся он. Друзья пошли медленным шагом вокруг озера. — Интересно, имеет ли какой-то смысл купание в ледяной воде раз в год? — спросила Тоня. — По-моему, это нелепо: весь год не заниматься спортом, потом, вдруг, броситься в прорубь. — Вот именно, — согласился Захар. — В прошлом году один мой знакомый на Крещение искупался, потом выпил стаканчик водки и тут же скончался от сердечного приступа. — А тебе не кажется, — задумчиво размышляла Тоня, — что наша жизнь состоит из массы нелепостей? — Это совершенно очевидно, — кивнул Захар. — Нелепость номер один то, что я ничего не решаю: начиная с момента рождения и так далее. — Вот именно, — воскликнула Тоня. — Когда я смотрю на себя в зеркало, меня охватывет возмущение. Я никак не могу привыкнуть к собственной внешности. Смотрю и думаю: это не я. Это кто-то чужой. И так с детства Мне не нравится то, что я вижу. — Да? — исподлобья глянул Захар. — А мне очень нравится. — Нравится? — ужаснулась Тоня. — Как могут нравится эти морщины, заострившийся нос? — Очень милые морщинки, — тихо буркнул Захар, — и очень симпатичный нос Тоня нахмурилась. Когда кто-то говорил ей комплименты, она сердилась. Кому-кому, а Тоне собственная внешность категорически не нравилась, и она каждый день пыталась чуть-чуть ее изменить — подводкой глаз, губной помадой, тщательной укладкой волос. Но все было безуспешно — Тоня чувствовала себя уверенно только тогда, когда вокруг не было ни одного зеркала. — Ладно, — вздохнула, — согласна с тобой, что мы ничего не решаем — ни где и когда родиться, ни с каким лицом, ни с какими талантами. И тут Тоня вспомнила: — А что-то я не слышу нашего кашля Захар, ты перестал кашлять? Захар остановился. — Точно. И насморк пропал. — И у меня! Мудра действует!