И сейчас народ настолько обнищал, что вынужден одеваться в подержанное. Вынужден тянуть эту ношу третьей страны, вынужден терпеть эту политическую лямку нищей державы, вынужден хоть как-то выживать, быть у разбитого корыта ресурсов и чего-то ждать, хотя кормил полмира, был хозяином-государством и запасов и ископаемых больше, намного больше, чем у двадцати государств.
А секонд-хенд, пожалуй всегда должен быть, как были и есть богатые и бедные, и равноправия в этом не может быть. И бедность – не порок, но бренная ноша.
И секонд хоть и бизнес, как многий другой, даёт ту нищенскую подачку, столь необходимую особо теперь, в данном положении, чтобы народ мог хоть как-то существовать, жить, согреваться и получать маленькие радости от зарубежного качества, которое настоящее, и увы, не такое сейчас, как у нас. Да у нас его сейчас и вовсе нет.
Есть по некоторым продуктам и частным предприятиям. Есть частный творог, молоко, яйца, хлеб и рыба и некоторые прелести в виде 72-78% шоколада, может что ещё.
Хорошо ещё, что нет комиссионных по пищевым продуктам, это явно было бы страшнее нежели любой секонд. Но это фантастическая история, и с этим народом и страной всё может быть. Остаётся лишь фантазировать и мечтать, мечтать о светлом будущем, мечтать о лучшем положении, мечтать, мечтать, мечтать! Ведь мечта, как и надежда – самое чистое, светлое, доброе, всё, что осталось у столь терпеливого и добродушного по своей натуре народа.
Я увидел в стране Секонд-хенд и грустное и весёлое, печальное и радостное, в такой необычной форме написав словесный натюрморт.
Посмотрев и «прочитав» фантасмагорию каждого дня и последние годы жизни данной сюрреалистической страны, я, как и многие из вас перехожу в настоящую реальность настоящей жизни — в кино и музыку, музыку и кино. Всё уходящее, а музыка вечна!
Из нереальной постапокалиптической жизни в этой стране ты перетекаешь в накатывающие на тебя волны, звуки и ритм, голубой экран, который становится для тебя самым живым, приветливым и добродушным.
Там и только там ты по-настоящему чувствуешь себя человеком, не скотиной какой-то, а именно человеком. Тебя не используют, ты не считаешься рабом и изгоем общества, у тебя больше нет подержанной жизни. И раздетый, даже голый как в сексе или летом на природе – ты счастлив!